Одной из важнейших форм атипичного начала инфаркта миокарда, ведущей к грубейшим диагностическим и лечебным ошибкам, является форма, при которой инфаркт миокарда начинается с картины острого желудочного заболевания или острого гастроэнтероколита. Часто больным и врачом заболевание связывается со съеденной до этого якобы недоброкачественной пищей и ставится диагноз пищевой интоксикации, токсикоинфекции или острого гастрита. Первым лечебным мероприятием, обычно вытекающим из поставленного диагноза, является промывание желудка, иногда повторное — «до чистых вод», наносящее огромный вред больному, вплоть до летального исхода. Пагубность такого неправильного диагноза усугубляется еще и тем, что в это важнейшее с точки зрения лечебных мероприятий время не проводится необходимая, неотложная терапия в отношении инфаркта миокарда.
Причиной неправильной диагностики в подобных случаях является слишком упрощенный, грубо локалистический подход к сложной диагностике некоторых форм инфаркта миокарда. Совершенно упускается из виду существование и роль рефлекторных влияний, которые могут обусловить инфаркт миокарда и которые могут совершенно исказить клиническую картину в его начале. Наличие тошноты, рвоты, болей в животе принимается как несомненный признак желудочного заболевания. Врачи забывают о том, что такие «желудочные» явления, как тошнота и рвота, могут иметь мозговое происхождение, и совершенно не знают, что нарушение мозгового кровообращения, обусловленное инфарктом миокарда, может сопровождаться не только тошнотой и рвотой, но и поносом, т. е. картиной острого гастроэнтероколита. Между тем такой инфаркт миокарда, протекающий с клинической картиной пищевой интоксикации, большей частью бывает тяжелым и нередко ведет к летальному исходу. Частота летальных исходов объясняется обширностью и глубиной некротизированного участка сердечной мышцы, которые при этих формах нередко имеют место. Уже то обстоятельство, что с первого же дня наступает картина острого нарушения мозгового кровообращения в виде тошноты, рвоты и поноса, свидетельствует о тяжести поражения сердечной мышцы. Кроме обширности поражения, известную неблагоприятную роль в ряде случаев, несомненно, играют и промывания желудка, которым эти больные обычно подвергаются.

Больная Б., 48 лет, поступила в приемное отделение 16/V 1952 г. в 7 часов 35 минут с диагнозом «острый аппендицит». Хирург не подтвердил этот диагноз и диагностировал «острый гастрит». Терапевт с этим диагнозом согласился.
14/V после съеденной квашеной капусты появились боли в подложечной области, тошнота, повторная рвота. Рвота продолжалась весь день 15/V и до момента поступления в стационар.
При поступлении пульс 78 ударов в минуту, артериальное давление 130/80 мм ртутного столба. Тоны сердца удовлетворительной звучности. В легких везикулярное дыхание, хрипов нет. Живот мягкий, при пальпации болезнен в подложечной области. Печень не пальпируется.
Жалобы на продолжающуюся рвоту и тошноту. В связи с этим больной произведено промывание желудка и введен подкожно 1 мл 0,1% раствора сернокислого атропина. Согласно записи в истории болезни, «после промывания желудка больная чувствует себя лучше». Рвота стала реже, но все же беспокоит непрерывная тошнота. Прием соляной кислоты тошноту и рвоту не снял. Произведено повторное промывание желудка. После того как больной были введены четыре воронки воды, она внезапно побледнела и потеряла сознание. Промывание желудка было немедленно прекращено. Несмотря на все принятые меры, больная скончалась при явлениях острого падения сердечной деятельности. Был поставлен диагноз инфаркта миокарда.
Патологоанатомический диагноз. Нерезко выраженный атеросклероз аорты и венечных артерий сердца. Тромб в передней нисходящей артерии сердца. Инфаркт передней стенки левого желудочка и межжелудочковой перегородки. Пристеночные тромбы в левом желудочке сердца. Полнокровие печени, почек, селезенки. Зернистая печень.
Из протокола вскрытия. В синусах твердой мозговой оболочки жидкая кровь. Мягкие мозговые оболочки отечны. Вещество мозга влажно, обычного рисунка и строения. В желудке немного жидкости. Слизистая оболочка его со складками. В кишечнике обычное содержимое.
Заключение: смерть наступила от сердечной недостаточюсти на почве инфаркта миокарда.
Как видно из изложенного, при наличии тромбоза передней нисходящей артерии сердца с инфарктом передней стенки левого желудочка доминирующими в клинической картине были непрерывная рвота, тошнота и боли в подложечной области, что привело к диагнозу «гастрит». В результате больной тяжелым инфарктом миокарда был дважды промыт желудок, причем при втором промывании желудка больная умерла.
Отсутствие на секции указаний на патологические изменения со стороны желудка убедительно свидетельствуют о том, что в данном случае непрерывная рвота и тошнота не имели в своей основе заболевание желудка, а были мозгового происхождения, т. е. наблюдалась «мозговая рвота», вызванная острым нарушением мозгового кровообращения в связи с инфарктом миокарда.

По своей клинике и, надо думать, по своей сущности эти явления, симулирующие пищевую интоксикацию или острый гастрит при инфаркте миокарда, сходны с клиническими явлениями гипертонического криза, при котором из-за неправильного толкования тошноты и рвоты больные также нередко поступают в отделение с диагнозом «пищевая интоксикация» или «острый гастрит» и им производится промывание желудка. Несомненно, что при гипертоническом кризе «желудочные» явления носят мозговой характер.
Какие дефекты в медицинском обслуживании больной можно отметить в этом случае?
Данные объективного исследования сразу по поступлении больной (мягкий живот, отсутствие болезненности при пальпации в правой подвздошной области — имелась болезненность только в подложечной области), а также отмеченное дежурным врачом беспокойное поведение больной (была очень возбуждена, не хотела лежать и все ходила по кабинету) позволяют сделать вывод, что у врача неотложной помощи, направившего больную в стационар, не было достаточных оснований ставить диагноз острого аппендицита. Диагноз, видимо, был поставлен в целях срочной госпитализации больной, страдание которой не было совсем ясным.
Еще меньше оснований было у дежурного хирурга и терапевта ставить диагноз «острый гастрит»—диагноз чрезвычайно опасный, которым нередко злоупотребляют, прикрывая им другие, часто грозные острые заболевания. При этом не учитывают того, что острый гастрит сопровождается обычно тошнотой, иногда рвотой, но не дает резких болей в животе. И в данном случае диагноз «острый гастрит» оказался крайне опасным, так как он повел к повторным промываниям желудка, повлекшим за собой внезапную смерть больной.